Counterparty risk означает зависимость от исполнения договорным партнёром согласованной обязанности. После покупки можно ждать биткоины, после хранения — их возврат, по другому договору — платёж. Сумма под риском, вероятность неисполнения обязательств и окончательная потеря — разные вещи.
Пётр купил BTC, и поставщик отправил их в его кошелёк, как было согласовано. Последующее падение цены — рыночный риск. Если бы поставщик не передал обещанные биткоины, проблема была бы в исполнении обязанности другой стороной. Но сама операционная задержка не доказывает неплатёжеспособность. Basel CRE50 использует более узкий банковский термин counterparty credit risk, или CCR: неисполнение до окончательного расчёта по сделке, в которой в зависимости от текущей стоимости под риском может оказаться любая сторона. Это определение не охватывает автоматически все риски биткоин-сервиса. [1]
Логотип приложения не обязательно называет компанию, которая что-то должна Петру. Важны сторона договора, её обязанности и применимое право. Поэтому Базельский комитет по банковскому надзору, BCBS, подчёркивает необходимость проверять контрагента в начале и на протяжении отношений. Для обычного пользователя практический вопрос таков: с кем заключён договор и за какую услугу отвечает эта компания? Удачная покупка у одной компании не доказывает, что другая компания той же группы сможет вернуть заём. [2]
Для более точного примера возьмём дериватив — договор, стоимость которого зависит от базового актива. Его номинал равен 100 000 USD и используется для расчёта договорных платежей, но текущая положительная стоимость составляет 5 000 USD. В нашей модели без обеспечения, взаимозачёта и возмещения при банкротстве текущая экспозиция составляет 5 000 USD, а не автоматически весь номинал. Basel CRE50 связывает её со стоимостью замены сделки. Это мера риска, а не уже понесённый убыток. Будущие изменения цены могут её изменить; пример не оценивает другие вклады или долги. [1]
В другом нашем примере у Петра две позиции с тем же контрагентом: +5 000 USD и −3 000 USD. Первая — в его пользу, вторая — его обязательство. Если их охватывает действующее и юридически исполнимое соглашение о netting, то есть взаимозачёте, остаётся 2 000 USD. Без соответствующего соглашения нельзя предполагать такой результат. Basel CRE50 связывает совместный учёт сделок с юридически исполнимыми условиями. Поэтому два счёта под похожими брендами нельзя просто зачесть: они могут относиться к разным компаниям или договорным отношениям. [1]
Collateral — это имущество для покрытия обязательства, если должник его не исполняет. Чтобы оно действительно помогло Петру, нужно получить к нему доступ и при необходимости продать. Его стоимость может падать именно тогда, когда должник оказывается в затруднении. Basel CRE22 также указывает на правовые, операционные риски и риски ликвидности, включая трудность продажи в нужный момент. Вычесть сегодняшнюю цену обеспечения из долга на бумаге — не значит гарантировать такую же выручку или быстрый доступ к имуществу. [3]
Большой кошелёк сервиса не показывает, сколько он должен и кому юридически принадлежат активы. В 2023 году офис Investor Advocate при американском органе надзора за аудиторами PCAOB объяснил ограничения отчётов Proof of Reserves, или PoR. Важен объём процедур: снимок активов может не охватывать долги, права клиентов или заёмное происхождение резервов. Он не показывает и дальнейшее использование. Такой отчёт — не аудит финансовой отчётности и не гарантия выплат всем клиентам. Предупреждение выражает мнение этого офиса, а не новое правило PCAOB. [4]
У Петра могут быть торговый счёт, хранение активов и заём в одной группе. Отдельные экраны не обязательно означают отдельные риски. BCBS рекомендует отслеживать совокупные экспозиции и связанные компании с помощью нескольких показателей и стрессовых сценариев: резкого изменения цен, нехватки доступных средств или массовых выводов. Поэтому доверие нельзя основывать только на успешно прошедшем небольшом выводе. Важно и то, сколько зависит от одного источника и можно ли вовремя снизить эту зависимость. [2]
До внесения активов полезно выяснить, как сообщать о нарушении договора, какие действуют сроки и что подтверждает ваше требование. BCBS и Basel связывают управление риском с возможностью реально отстаивать права, в том числе на обеспечение. Копии договоров и записи переводов помогают установить, что было согласовано и выполнено. Самостоятельное хранение BTC меняет зависимость от хранителя, но не устраняет рисков ключей или других договоров. Потеря ключей может лишить доступа даже без неисполнения обязательств контрагентом. [2] [3]
Для полной картины прочитайте эту статью вместе с Rehypothecation, Collateral, Settlement risk, Proof of reserves. На эту статью также ссылаются Custodial Exchange, Collaborative Custody, Fedimint, Cashu.