Debt Deflation

Мастерская пытается выжить за счёт продажи станка. Но если одновременно продают многие закредитованные фирмы, покупатели могут предложить меньше. Падение цен сокращает имущество за вычетом долгов, а снижение выручки затрудняет выплаты. Фирмы уменьшают производство и занятость, что может ослабить доходы других людей. Экономист Irving Fisher разобрал этот механизм в 1933 году, изучая Великую депрессию. Жёсткого порядка событий нет: последствия снова влияют друг на друга. Теория объясняет возможную связь, но не предсказывает дату следующего кризиса. [1]

Возьмём собственный упрощённый расчёт без учёта процентов. Следим за основной суммой кредита — заёмной суммой, которую ещё предстоит вернуть. Долг 100 и индекс цен 100 дают D/P = 1. D означает долг в деньгах, P — уровень цен. Заёмщик погашает 10, остаётся 90, но индекс цен тем временем падает до 80. Получаем 90/80 = 1,125: долг относительно уровня цен на 12,5 % выше исходного. При этом основная сумма по договору всё же снизилась до 90; кредитор ничего не дописывал. Каждая денежная единица теперь позволяет купить больше товаров: её Purchasing Power, покупательная способность, выросла. Насколько трудно будет платить, зависит также от доходов заёмщика. Сам индекс цен не описывает его бюджет. [1]

При оформлении кредита люди ожидают определённой динамики цен и доходов. Bank of England, центральный банк Соединённого Королевства, объясняет, что неожиданно слабая инфляция может изменить реальное бремя уже согласованного долга в пользу кредитора. Disinflation означает замедление роста цен; отрицательная инфляция для этого эффекта не обязательна. Цены могут продолжать расти, но меньше, чем ожидали стороны. Фиксированная процентная ставка не меняется в течение согласованного срока; при плавающей важно, как ставку будут пересматривать. Поэтому влияние на потребление у разных семей различается. Нужно знать договор, ожидания при его заключении и то, что действительно произошло с доходами. [2]

Залог — имущество, обеспечивающее кредит. В нашем примере оно стоит 100 при долге 60. LTV, отношение кредита к стоимости залога, составляет 60 %; после вычета долга остаётся собственный капитал 40. Когда имущество дешевеет до 75, долг не меняется, но LTV достигает 80 %, а собственный капитал снижается до 15. Потеряно 62,5 % исходного собственного капитала. Падение цены дома не показывает, насколько подешевели продукты или услуги. Требование дополнительного залога либо продажи зависит от договора и способности платить. Снижение оценки не означает немедленного выселения или продажи при любом кредите. [2]

Продажа станка и погашение основной суммы банковского кредита — разные события. Не каждый платёж уничтожает деньги: покупатель может просто перевести депозит продавцу, если оба являются небанковскими держателями внутри одного денежного агрегата, то есть определённого набора форм денег. Но когда продавец использует депозит для погашения основной суммы кредита, уменьшаются и депозит, и кредит. Bank of England описывает это уничтожение депозитных денег. Новые банковские кредиты, наоборот, создают депозиты. Массовые погашения могут усилить Monetary Deflation, сокращение измеряемого количества денег, если другое создание денег их не компенсирует. Важен общий результат, а не отдельная выплата. [3]

Исследование Банка международных расчётов, BIS, 2015 года сопоставило более 140 лет и до 38 экономик. В этих данных связь падения цен товаров и услуг с более слабым экономическим ростом была сравнительно слабой; значительную роль играла Великая депрессия. Более сильную связь со слабым ростом авторы обнаружили там, где падение цен недвижимости сочеталось с высокой частной задолженностью. Это исторический результат с ограничениями данных, а не доказательство невозможности долговой спирали. Удешевление производства благодаря лучшим технологиям и распродажа имущества из-за нехватки денег могут выглядеть похоже на графике цен, но создавать для людей совсем разные ситуации. [4]

По другую сторону каждой продажи есть покупатель. В модели, опубликованной BIS в 2005 году, экономист Goetz von Peter показывает, как покупатели без прежних долгов или убытков могут смягчать падение цен активов. В модели они могут брать кредиты на покупки, поскольку ожидают восстановления цен. Если же все стремятся уменьшать долги или банки прекращают необходимое финансирование, стабилизирующий эффект ослабевает и процесс может стать неустойчивым. Это результат конкретной модели, а не гарантия быстрого самостоятельного восстановления любого рынка. Важно не только то, кто вынужден продавать, но и кто ещё способен купить и чем заплатит. [5]

Создание новых единиц Bitcoin (BTC) ограничено. Но рыночная цена меняется вместе со спросом и предложением, как объясняет образовательный сайт Bitcoin.org. Возьмём собственную модель: залог 1 BTC стоит 100 000, а кредит составляет 50 000 в той же фиатной валюте — обычной государственной валюте, например долларе или евро. LTV равен 50 %. При падении цены BTC до 60 000 LTV вырастет примерно до 83,33 %, хотя количество заложенных монет не изменится. Это не текущий курс. Условия кредита могут потребовать дополнительного обеспечения или принудительной продажи. Ограниченное количество биткоинов не отменяет долг и не оплачивает взнос. Поэтому нужно понимать валюту долга, порог принудительной продажи и доступные средства для погашения, а не только иметь долгосрочное мнение о Bitcoin. [6]