Cypherpunks — название неформального сообщества вокруг криптографии, математических способов защиты и проверки информации. С 1992 года его объединяли встречи и переписка, а не единое руководство или обязательная политическая программа.
Представьте, что вы хотите почитать газету или отправить личное сообщение. Почему кто-то другой должен автоматически узнавать, кто вы и с кем общаетесь? Такие вопросы стояли за интересом шифропанков к приватности. В манифесте от 9 марта 1993 года Eric Hughes объяснял: приватность не равна полной секретности; человек должен выбирать, что и кому о себе рассказывать. Адрес нужен для доставки посылки. Но отсюда не следует, что каждый посредник должен знать ещё и содержание личного письма. [2]
Первая встреча состоялась в сентябре 1992 года. У истоков сообщества стояли Eric Hughes, Timothy C. May и John Gilmore; Judith Milhon предложила название Cypherpunks, соединив игру слов о шифрах с киберпанком. Встречи в районе залива Сан-Франциско дополнила немодерируемая почтовая рассылка: письма распространялись среди подписчиков. Программисты общались с людьми, интересовавшимися политикой, математикой и гражданскими свободами. Это не была компания или партия. Можно было поддерживать стойкое шифрование и при этом решительно не соглашаться со взглядами другого участника. [1] [4]
Hughes выразил практическое стремление фразой «Cypherpunks write code»: шифропанки пишут код. Они хотели дать людям работающие инструменты, а не только требовать лучшего обращения с их данными. Опубликованную программу другие могли изучать, менять и испытывать. Но это ещё не делало её безопасным и удобным продуктом. Даже хорошая идея могла провалиться из-за ошибки в коде, сложного управления или плохо защищённых ключей. Расстояние между смелым замыслом и пригодным для использования инструментом не менее важно для этой истории, чем её идеалы. [2]
Криптографический ключ — это данные, которые программа в зависимости от их назначения использует для шифрования, расшифрования или работы с цифровыми подписями. Шифрование защищает содержание сообщения от тех, у кого нет подходящего ключа. Цифровая подпись помогает проверить, что сообщение не изменилось и подписано соответствующим ключом, но сама не раскрывает настоящее имя владельца. Псевдоним позволяет постоянно действовать под другим именем, а remailer пересылает почту, затрудняя связь между отправителем и получателем. Каждый инструмент решает отдельную задачу. У зашифрованного письма может остаться видимый условный конверт: время, адресат или сетевое соединение. Если нападающий контролирует компьютер, он может прочесть текст ещё до шифрования. Поэтому одна криптография не обещает полной анонимности. [1] [4]
В 1990-х стойкое шифрование стало предметом политических и технических конфликтов, известных как Crypto Wars. Американская инициатива Clipper Chip 1993 года должна была защищать связь и одновременно обеспечивать разрешённый государственный доступ через key escrow — особое депонирование ключевого материала. В 1994 году последовал стандарт FIPS 185. Критики опасались злоупотреблений и новых уязвимостей; экспортные ограничения тоже затрудняли распространение стойкой криптографии. Вопрос был не только в выборе алгоритма. Кто может читать чужие сообщения и должна ли их защита зависеть от доверия к такому посреднику? В итоге Clipper почти не получил распространения. [6]
Деньги естественно вошли в дискуссию: сообщение можно отправить под псевдонимом, но при оплате снова раскрыть настоящее имя. В Crypto Anarchist Manifesto 1988 года Timothy C. May представлял торговлю и договорённости вне досягаемости привычных посредников. Вместе со свободой он прямо предвидел нелегальные рынки и серьёзный общественный вред. Это влиятельная и спорная политическая картина будущего, не общее обещание всех шифропанков и не описание Bitcoin. Позже May писал и о бытовом препятствии: многим участникам было трудно пользоваться экспериментальными цифровыми деньгами Magic Money. Математики было недостаточно — люди должны были уметь работать с системой. [3] [4]
Наряду с мнениями публиковались код, предложения и критика. Быстрый ответ мог показать, где идея не работает или кому слишком доверяет. Сохранившиеся письма помогают проследить развитие мыслей. Но архив не удостоверяет истинность написанного. Он показывает сохранённую запись и указанное имя или псевдоним, а не автоматически доказывает настоящую личность автора либо согласие всего сообщества. Важны также происхождение и полнота копии. Используемый здесь архив сообщает о проблемах с часовыми поясами и привязкой некоторых ответов к обсуждениям. Поэтому полезнее прочитать всю переписку, чем одну знаменитую фразу вне контекста. [5]
Adam Back предложил Hashcash, чтобы массовое злоупотребление почтой требовало вычислительной работы. Отправитель создаёт доказательство, которое труднее найти, но легко проверить получателю: это принцип Proof of Work. В b-money 1998 года Wei Dai решал другую часть задачи: как людям под псевдонимами вести счета и создавать деньги вычислениями. Ни один проект не был готовым Bitcoin. Сам Hashcash не обеспечивал общей истории переводимой валюты, а b-money осталось предложением со своими предпосылками. Их вклад конкретен: составные части, которые Satoshi мог развить дальше. [7] [11]
31 октября 2008 года Satoshi Nakamoto объявил о Bitcoin Whitepaper в рассылке Cryptography на metzdowd.com. Это была не исходная рассылка Cypherpunks: родственную среду нельзя считать той же площадкой. Документ прямо ссылается на b-money и Hashcash. Bitcoin соединил подписи, сеть без центрального администратора и Proof of Work со способом согласовывать историю действительных транзакций и предотвращать двойную трату, то есть повторное расходование одних и тех же средств. При этом он воплотил лишь часть прежних стремлений. Публичный блокчейн — цепочка блоков с записями транзакций — позволяет отслеживать переводы и не обеспечивает полную анонимность автоматически. Знание текстов шифропанков также не раскрывает личность Satoshi и не делает всё сообщество коллективным автором Bitcoin. [9] [10]
Шифропанки помогают понять, почему в Bitcoin так часто говорят о собственных ключах, открытом коде и проверке правил. Это больше, чем технические предпочтения: они меняют круг тех, кому человек должен доверять. Но не стоит превращать историю в легенду, где каждый опыт неизбежно вёл к нынешнему результату. Манифест выражает желания автора, предложение описывает возможное решение, а работающая программа начинает показывать достигнутое. Читая дальше, спрашивайте, кто что написал, когда и какую задачу пытался решить. Так можно оценить идею, не приписывая ей возможностей, которых у неё никогда не было. [2] [4] [5]
Для полной картины прочитайте эту статью вместе с Satoshi Nakamoto, Bitcoin Whitepaper, Приватность в Bitcoin, Proof of Work, A Cypherpunk’s Manifesto, The Crypto Anarchist Manifesto. На эту статью также ссылаются Satoshi Nakamoto, Hashcash, brmlab, Paralelní Polis.